Баба Таня

[kofevarka86]

В этом посте много хейта, мне не свойственного. Написано для того, чтобы мне стало стыдно, чтобы выговориться и разобраться в себе.

Представьте себе что-то огромное, несуразное, рассеянное, гротесковое, яркое и очень глупое, да и к тому же еще и все это выпячивающееся на показ, даже немного гордящееся собой. «Нате вам меня! Я вот такая! Интеллекта ноль, проста как три рубля, рот до ушей, но вы со мной возитесь, я здесь, и меня не обежишь!...» Корова на льду? Слон в посудной лавке? Нет. Это все не то, а это именно Баба Таня! Именно Баба и именно Таня. Не больше и не меньше. Так она назвала себя с появлением моей дочери.

Баба, бабище… Потому что толстая, заметная, яркая и по-русски простая. Потому что сама обожает в своем лексиконе слово «бабское». Потому что сексистка с элементами мизогинии (хотя казалось бы, кого этим удивишь среди женщин ее лет). Потому что глупая, как все те, кого называли бабами в прошлых веках, и кто себя сейчас так называет.

И, к сожалению, Таня. Таня… Вообще-то я очень люблю это имя. Хотя бы только потому что так зовут и мою маму. В нем есть что-то беззащитное, милое и скромное, доброе… Больно даже писать, потому как я трепетна к маме. Так вот, в каком-то смысле все это немного также и про Нее — про героиню, так сказать, рассказа. И от этого ее безгранично жаль...

Именно такой мне предстала на заре нашего с ней знакомства Татьяна Викторовна — к сожалению, моя свекровь. И никуда ее теперь не деть, не избавиться.

Помню, когда я знала ее только по голосу из телефона, у меня ведь было совсем другое о ней впечатление. Можно даже сказать, обратно-противоположное написанному выше. Знаете, бывают такие интеллигентные женщины… Типа мамы Веры Ворониной из сериала… Или как одна мамина подруга… Или как моя преподавательница по вокалу… Ну и естественно, судя по моему мужу (тогда еще будущему), и его наивным рассказам о матери, как могла я представить себе вот этот образ из первого абзаца?! Какого же было разочарование, когда стало понятно, что голос — всего лишь театрально поставлен, и за ним нет ровно ничего, а мой муж — лишь несчастный заложник своего детства с этой матерью, и не состыкуется с ней он никак, и связь между ними — лишь иллюзорная, да и слава богу, что так.
Однако и после очной встречи отнюдь не сразу я раскусила суть этой несчастной больной женщины. Хотя первая встреча меня ошеломила. Меня встретила суетная толстая мадам с дыркой в юбке и платочке. Платочек был по причине, как оказалось, супер коротко остриженных волос. Взгляд вечно напряженный и оттого проникновенный. Да, не такой я ее представляла по телефону, хоть и видела фото (они тоже передают отнюдь не все), однако мне все же Татьяна Викторовна предстала общительной не стандартной женщиной, пусть и со странностями. Ну, думаю, - уживемся, поладим. Тогда я еще не знала, на сколько серьезно она больна, и что болезнь будет ее менять все дальше и больше… А если даже и догадывалась, то все равно не оценивала масштабы.

Но первый звонок не заставил себя долго ждать. После первой же нашей встречи на другой день муж… жених! пришел ко мне весь расстроенный. Как оказалось, Баба Таня за глаза постановила, что мы с ним не пара, что я не честная и не искренняя, еще и богатая, а они мол бедные… И потому ничего хорошего не сулит наш союз. Так выяснились несколько основных черт Бабы Тани того периода (подчеркну, что именно того, потому что потом болезнь перешла совсем в иную фазу, но об этом позже): никогда она не говорила о людях за глаза хорошее, во всем видела подставу и негатив. Дикий комплекс нищеты! По причине первого, Баба Таня в своей жизни очень мало где работала - везде трудоустройство заканчивалось тем, что «нехорошие коллеги» пытались ее обидеть, подставить. «Подставу» она «предвидела» всегда заранее и гордо увольнялась. Поэтому не мудрено, что в семье моего мужа, состоявшей из двух человек, в период его детства денег никаких не водилось. И ели они гречку, носили обноски. И ладно бы в 90-е — все мы так жили, хоть полные семьи, хоть даже с отцом-директором завода, как у меня — все одна малина: нищета, голод, задержки зарплаты. Но нормальные адаптивные люди всегда выживали честно: мои мама и сестра полы мыли, на рынке подрабатывали… А Баба Таня только гордо увольнялась, портила отношения с друзьями и родственниками, и шла так по жизни не только в 90-е. Всегда!

Зато Баба Таня писала стихи! О да… Откровенно мерзенькие такие, инфантильные, пустые… По образованию она филолог и носилась со своим творчеством как с писанной торбой. Естественно, на нем ни гроша не зарабатывая… Но хотя бы заработала популярность в определенных узких местечковых кругах таких же стихоплетов. И то слава богу: должен же человек в своей жизни ну хоть чего-то достичь… Пусть будет это.

Еще Баба Таня очень гордится тем, что работала бесплатно в обществе слепых. Вот в этом она вся: горда своей нищетой, абсолютным неумением заработать, инфантильностью и жертвенностью. Найти людей, физически обделенных, подрядиться им помогать — ее единственная в жизни отрада. Всегда это выпячивала: какие, мол, они вот де тоже бедные и без ее помощи не обойдутся. Наверное в ее ситуации это редкая отрада: собственная ущербность не так уже и тяжко, когда видишь рядом с собой кого-то, обделенного физически, будто бы и больше тебя самого. Тут она вся расплывается в улыбке и млеет!… Даже увидев меня как-то в ВУЗе, когда мы с ее сыном даже еще и знакомы-то не были, (а я ходила в ВУЗе с ходунками), она вся расплылась, пыталась навязать помощь, потом сыну своему сказала: «Тебе бы подошла такая невеста!» Спрашивается, почему? Что можно было такого подходящего своему сыну заметить через минуту знакомства, кроме ходунков?! Да ничего! В том все и дело, что даже сыну она выбирала в компанию, в жены людей физически обделенных — так наверное ей комфортнее. (С ее сыном мы вместе стали намного позже и слава богу, на почве общих интересов, а не на почве какой-нибудь безнадеги...).

И кстати о стриженных волосах. Жизнь Бабы Тани пестрит разного рода ошеломительными эпизодами и фактами! Например будучи влюбленной в одного коллегу (в один из редких моментов, когда она работала), она побрилась налысо. Жаль моего мужа, который был тогда ребенком: ведь это то еще было зрелище… Цель была не допустить взаимности, т. к. адепт был женат (вот почему-то почти уверена, что ему было пофиг глубоко, а страдал единственный близкий человек — сын).

Ну с влюбленностью и сексуальностью у Бабы Тани никогда не было проблем (что свойственно всем дементикам). Влюблялась в своего 18-летнего квартиранта (да! Чтобы выжить, она сдавала комнату в своей двушке, а сама жила в детской вместе с сыном), в разговоре очень любит смаковать все скабрезное, эротическое, грязное...

Баба Таня никогда не лечила зубов. Если у нее заболевал зуб, она просила его сразу удалить. Поэтому уже очень давно у нее почти нет зубов. Только спереди торчат два коричневых гнилых, которыми она и жует с трудом сейчас пищу. Честно: не столь мы богаты, чтобы без проблем оплатить ей протезирование, но наверное оплатили бы — уж давно намеревались, но каждый раз все идет с выносом мозга: боится анестезии, боится аллергии… И сил моих нет (моральных прежде всего). А у мужа моего и подавно. Слава богу, сейчас Баба Таня крайне мало от нас требует.

Эн-цать лет назад Баба Таня услышала голос (возможно, это был дебют голосов в голове, хотя сложно сказать): «Таня! Бросай все и иди лечить людей!» Так она в очередной раз уволилась и подалась в экстрасенсы, увлеклась эзотерикой.

Эти и другие умопомрачительные факты я знаю со слов мужа, который наблюдал все это в детстве, и которому я безусловно доверяю. Если собирать и озвучивать факты со слов самой Бабы Тани, то можно сойти с ума вместе с ней, ведь память ее давно поросла конфабуляциями, которые сейчас возникают все чаще и разнообразнее.

А теперь несколько слов о диагнозе. В городе, откуда мы уехали, и откуда потом вынуждены были забрать это «счастье», ей ставили уверено сосудистую деменцию. Но странно то, что судя по рассказам мужа, уж слишком давно идут симптомы: лет с 40? И ведь это еще когда муж мой только родился! Может все и раньше? С 30-ти?… Никто не знает, и никто это не лечил. Родственники ничего не скажут, их почти и нет. Мать ее давно умерла, а родная сестра сама не в себе, племянники спились… То есть смело можно сделать вывод, что нет у Бабы Тани, кроме сына, никаких родственников. Есть, правда, у Бабы Тани подруги. Милые здоровые женщины — мне как-то довелось с ними пообщаться. Но подруги — не родня. Вот так и получается! Никого нет, кроме нас, у старого больного человека. И получается, что он никому не нужен. Грустно! И ни разу не смешно. А еще это страшно… Ведь вообще говоря, мой муж имел 98 из 100 шансов повторить судьбу кого-нибудь из своих кровных родных, живя с такой матерью! И 2 оставшихся шанса — это увлечься в 13 лет физикой, поступить в хороший ВУЗ, стать там отличником, попасть в хорошую компанию, абстрагироваться и бросить все силы на собственную семью — он использовал. Сам часто говорит: «Я бы скоро и сам сошел с ума, если бы не съехал от нее».

Так вот. В нашем городе, куда мы ее привезли, психиатр ставит Бабе Тане шизофрению. Кто прав из врачей — не ведомо нам. Я лично так навскидку вижу симптомы и того, и другого.

Я не врач, но почему-то мне видится, что ничего не могло произойти на ровном месте. Бабу Таню наверняка триггернула либо детская травма (часто она рассказывает, что в 9 лет ее изнасиловали, или про то, что ее отец — педофил, или что мать жестокая, но проблема в том, что ее рассказам нельзя доверять), либо триггером послужил муж-абьюзер, биологический отец моего мужа, «подвиги» которого он хорошо помнит, и который, к сожалению, добил его детство. Он бил и ее, и сына, гонялся за ними с ножом, из-за чего иногда они прятались у соседей… И кстати надо отдать должное почтение Бабе Тане: она терпела все это только 8 лет, затем нашла в себе мужество с ним развестись (и я не юродствую: ведь многие женщины терпят такое и дольше, часто до какой-нибудь летальной трагедии).

После развода Баба Таня стала раздражительной: орала на сына по поводу и без. Слава богу, не била, но тому все равно приходилось закрываться от нее в туалете. В общем, «веселое» детство продолжилось…

С ее завихами я впервые столкнулась где-то через 2 месяца после знакомства. Мы общались, шутили, смеялись… Как мне казалось, уже по-свойски, и я позволила себе отпустить не осторожную фразу: «Какая вы смешная все-таки, Татьяна Викторовна!» - ну разумеется, это был комплимент ее шутке. Та вдруг поменялась в лице и закатила истерику, абсолютно неадекватную (даже если предположить, что я это сказала не в плане шутки, а о человеке вообще). Никакие объяснения и извинения не работали и не могли остановить поток обид и рыданий.

Потом я потеряла шарик с новогодней елки, а Баба Таня начала истерить, будто я посмела обвинить ее в краже шарика.

Муж каждый день до и после нашей свадьбы приходил домой (в смысле уже к нам с ним домой от матери) расстроенный и обескураженный — мать постоянно ругалась с ним, говоря обо мне и моей семье всякие нелепые гадости. (При этом при личной встрече со мной и моими родственниками она улыбалась, любезничала и заискивала, что впрочем, продолжает делать и сейчас).

Особенно запомнился наш первый с мужем совместный новый год, который мы встретили у Бабы Тани. Я приехала с гусем и фруктами, все было хорошо и адекватно. 1 января мы уехали к моей маме. А 2-го заявилась Баба Таня. Все бы ничего, да только пришла она, никого не предупредив и неизвестно где раздобыв мой адрес. Но и это ладно! С собой она принесла тоже гуся и фрукты, а также мешок какой-то б\у-шной одежды. Вы можете задаться вопросом, зачем я смакую образ и поступки больного человека? Да просто хочу выговориться и показать, насколько неприятным может быть сумасшествие! Все поступки Бабы Тани направлены на стремление отгостить, отплатить. Если ей принесли гуся, то надо вернуть! Типа она вот такая гордая или боится, что ее унизят гостинцем или подарком. Все это читается в поведении, чувствуется весьма неприятное отношение в излишней любезности. И надо ли говорить, что после ее визита за спиной посыпались гадости и нелепости обо мне и о моей матери?… Например что моя мать оказывается разложила на столе свои украшения специально, чтобы проверить, не украдет ли их она...

А еще навязчивость! Припереться без спроса в ее стиле. И тут мне ее жаль очень. Потому что мне так кажется, что и тогда, и даже сейчас она понимает, что никто не ждет ее, не позовет. И придти без спроса единственный шанс обрести общение с кем-либо.

Даже после этого никому из нас (я, мой муж, мои родственники…) почему-то не пришло в голову, что этот человек серьезно болен. Нам представлялось, что это просто мелочная закомплексованная женщина, живущая в мире своих фантазий, ленивая, почему и не работает нигде, обидчивая и двуличная, иногда склочная. Ужасно бесили ее рассказы, очевидно лживые. Нам казалось, что она все врет. И только через много лет до меня дошло, что она сама в это все верит — истории возникают в голове в форме ложной реальности.

Тем не менее, я продолжала искать к ней подход. Помню даже, как во время моей беременности мы с мужем переехали к ней. Я тогда немного конфликтовала со своей сестрой, и потому мы и приняли такое решение. Мои родственники были в шоке, что я переезжаю рожать к такой свекрови! А я вот ее защищала, хотела доказать, что могу с ней поладить. Та выказывала радость от нашего переезда. Но когда я была в роддоме, она в тихушку собрала мои вещи и привезла к моей маме! Там она читала долгую слезливую речь о том, что она не готова за мной ухаживать (хотя в ту беременность я вообще-то ухаживала за собой сама, и пока ничто не говорило о возможных в том переменах…) А мужу моему, меж тем, она за глаза продолжала выносить мозг скандалами, поливая грязью меня и мою мать. Ко мне в роддом муж приезжал аж в слезах, в отчаянии, ему было плохо от осознания, какая у него мать. Из-за этого потом он даже лечил невроз сердца.

Но даже еще и не это послужило для меня точкой кипения. Когда у нас уже родилась дочь, и мы с мужем и с ребенком съехали от моей мамы на съемную квартиру, закончили университет, муж пошел работать. Это событие страшно разозлило Татьяну Викторовну. Она позвонила мне, наговорила всякого, мол, как мы смеем (мы — это видимо, я и моя мама) отправлять ее сына на работу (как будто он не сам эту работу нашел, а мы отправили насильно… А в ее представлении, видимо, он не должен был работать, а должен был писать диссертацию, а жить мы должны были на мою пенсию, пособия и плюс на деньги моей сестры — мне кажется, она всегда питала на нее надежды, т. к. моя сестра хорошо зарабатывает). В конце тирады сказала: «Пусть Саша идет работает, значит, а тебя кто-нибудь другой трахает?» и бросила трубку. Вот это и стало для меня точкой кипения. Мужу своему я сказала, чтобы ноги ее не было у нас в доме. Ездить к ней — езди, мать же! Но я ее видеть не желаю. И муж, конечно, полностью меня поддержал, пребывая в полном шоке от слов своей матери.

И вот после этого где-то с год мы не общались, и она не приезжала (золотое время). Потом как-то я подостыла, подобрела… В один прекрасный день, узнав, что мать ждет сына где-то на улице у нашего дома, сказала: «Да пусть уже заходит на чай!» И так я стала общаться с Бабой Таней с нуля, мужественно перенося ее завихи.

Каждую весну Бабу Таню начинали преследовать какие-то бандиты: ездить с ней в общественном транспорте, поджидать у окон, в подъезде и т. д. Вот тут-то, а особенно после рассказов мужа про то, что и в его детстве тоже были такие офигительные истории с бандитами, мы все и поняли, что имеем дело с нелеченым диагнозом. Пазл сложился, и все поведение Татьяны Викторовны мы стали переоценивать.

Но дисгармония заключается в том, что мое на нее раздражение никуда не ушло после этого, а даже где-то усилилось. Я была зла на нее еще больше — теперь и за то, что она не лечится! И в другой город мы переезжали, оставив Бабу Таню одну с пятью кошками в ее двухкомнатной квартире. Жестоко? Пожалуй да. Но нам с мужем необходимо было заниматься своей жизнью и своей карьерой. К тому же, тогда еще Баба Таня прекрасно жила одна, писала стихи и общалась с подругами. Была иллюзия, что так будет вечно… Но весенние обострения становились все бредовее и сильнее. В эти дни Баба Таня стала твердо верить, что ее выселяет кто-то из квартиры, что все соседи в заговоре, что каждый вечер они собирают за стенкой совет и обсуждают свои коварные планы. Причем она все это слышала. Моей маме удалось каким-то чудом отвезти ее в психиатрическую больницу на добровольное лечение, после чего человек год был абсолютно адекватным. Но потом эпизод повторился еще усиленнее. Нам стали звонить наши родственники и знакомые просить приехать и уложить ее вновь в больницу. Она всех доставала звонками с бредом. Мы купили билеты в родной город, и в этот момент Баба Таня перестала выходить на связь. Пока мы ехали, мы передумали уже все самое плохое и дрожа заходили в ее квартиру, но квартира была пуста. Ходили полуголодные кошки, в полуоткрытом холодильнике гнил фарш. Мы обратились в полицию, заявили о пропаже человека. Но через 2 дня Баба Таня явилась. Вот здесь и началась, как я это условно разделяю, вторая фаза ее заболевания. Перед нами стоял совершенно другой человек. Куда девались 90 кг? Из толстой грузной бабищи она превратилась в щуплуюю дряхлую старушку, весившую меньше меня при росте 175 см. Кожа да кости! Она не поцеловала сына, не спрашивала о внучке и даже не удивилась, что мы в ее квартире. Как выяснилось, голоса приказали ей ехать к нам, она купила на пенсию билет, села в поезд, но опять же по приказу голосов сошла с него на пол пути. Денег на обратную дорогу не было, и она 2 дня скиталась по незнакомому городу. При попытках полиции положить ее в психиатрию, отказывалась от сего. Потом кто-то подсказал ей, как вернуться на перекладных электричках, и ей это чудом удалось. А версии о том, по каким причинам она сошла с поезда, в ее рассказах каждый раз возникали новые. Сейчас она вообще почти ничего об этом не помнит.

Мы повели ее к психиатру, купили таблетки и хотели было увозить с собой. Но увидели, что таблетки она не пьет. Я поняла, что это конец. Оценив здраво ситуацию, мы положили Бабу Таню в больницу принудительно, а сами уехали к себе в город подыскивать ей съемное жилье.
До сих пор мой муж корит себя за это. Но лично я плохо представляю себе, как нам можно было поступить тогда иначе!

Баба Таня провела в психушке почти 3 месяца. Мы сняли ей комнату в коммуналке, продали ее квартиру в убитом состоянии и выкупили ей эту комнату.

Я категорически против того, чтобы этот человек жил с нами. Да и муж не горит желанием отнюдь. Конфабуляции и беспрерывная болтовня бабы Тани напрягает его может даже и больше, чем меня. Хотя и вторая фаза болезни отлична ведь не только внешними признаками от первой! Сейчас это другой человек. От склочной и конфликтной Татьяны Викторовны не осталось и следа. Сейчас это безобидная дистрофичная жалкая старушка (хотя на 4 года моложе моей мамы!), что-то лепечащая с поведением ребенка. Каждый раз она к нам приходит с подарками, изысканно упакованными. Баба Таня любит повторять одни и те же воспоминания: как она рожала сына (видимо это одно из немногого, что прочно осело в памяти). Рассказывает это каждый раз как будто впервые. Еще она видимо совсем не помнит конфликтов со мной и с моей мамой — часто радужно вспоминает нашу свадьбу с ее сыном и восторгается, как она рада и счастлива, что мы вместе.

Жалобно она просится в гости. Приходит к тому часу, к которому ей сказали и сидит там, где ее посадили. Без спросу может принести подарок и уйти. Заваливает нас ненужными вещами из сэконд-хенда (я терпеть этого не могу — дома захламляется… И вообще навязывание мне одежды — это вторжение в мое личное пространство!) и все ищет, ищет подход к моей дочери — трудному подростку, которая просто заблокировала ее номер телефона.

Мне искренне жаль Бабу Таню! Но когда она приходит, я не выхожу из спальни, и единственное мое желание, чтобы она поскорее ушла. Я не перевариваю ее бреда, глупости, инфантильности, однотипности рассказов, сексистских и жертвенных акцентов в них!… Это ее глупое и самоунизительное навязывание помощи по дому… Баба Таня так хочет быть частью нашей семьи, но для меня она чужой человек.

Самое печальное во всем этом то, что ведь каждый из нас иногда в чем-то Баба Таня! Навскидку могу сказать, что точно кое в каких коллективах я также омерзительна была для своих коллег. Они не принимали моих наивных попыток собрать всех на корпоратив… И навязывание общения… А может кто-то не хотел возиться со мной, когда меня нужно было вести за руку? Да запросто! Вот иногда ты — Баба Таня, а иногда она рядом с тобой.

Наверное появление в семье психически больного родственника — это всегда проверка на вшивость. Я вшивая! Почему я не могу принять этого человека? Простить все и сделать скидки на болезнь? Что будем мы делать, когда она не сможет жить одна самостоятельно? И почему вообще бывают люди, которых мы не принимаем и не любим? Не могу сказать, что ненавидим. У меня нет ненависти, я просто не хочу в своей жизни этого человека, он мешает мне, и я даже не могу сформулировать, чем.
Кстати есть особенность в ее глазах. Моя мама всегда говорит, что у нее взгляд ведьмы, а я спорю и защищаю ее: «Какая ведьма?! Это просто больной человек!» А мой муж, меж тем, рассказывает, как в детстве его мучили кошмары, в которых мама на него недобро смотрит… Видимо вот такой взгляд больного человека, в себя, вечно прислушивающийся к голосам и мыслям внутри.

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: Лытдыбр (https://www.livejournal.com/category/lytdybr?utm_source=frank_comment), Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[kofevarka86.livejournal.com]

психиатрия, семейные отношения

[seagul-l.livejournal.com]

Сочувствую вам.

[langelino.livejournal.com]

Здравствуйте, очень вам сочуствую.
По своему опыту и вашему рассказу могу судить, что у вашей свекрови не деменация, а другое психиатрическое заболевание.
У тетки мужа был диагноз шизофрения, поведение похоже.
Мне кажется, что сейчас вам нужно направить усилия на диагностику и официальный диагноз. И пытаться лечить. Если не пьет таблетки, то может искать альтерналиву уколов или пластырей.